И НА СТАРУХУ БЫВАЕТ ПРОРУХА! (ИЛИ РОКОВОЙ КАБАН)

От редакции. Мы продолжаем публиковать отрывки из недавно вышедшей книги новозеландского автора Владимира Фомина (Крайстчерч) «Новая Зеландия – взгляд изнутри». И, как обещали в №89, несколько слов о самой книге. В книге собраны очерки, путевые заметки автора из путешествий по Новой Зеландии и не только

                              Главы из книги «Новая Зеландия – взгляд изнутри»

Ведь не хотел же ехать … Ну, правда – не сильно хотелось! Сомневался всё утро.
И компании подходящей не было, и погода не очень, да и далековато…
Зато был свободный день, вот я и попёрся на свою голову.
Как ни странно, но в воскресенье все были заняты, Дейв работал с клиентами в горах, Рупид летал с кем-то на вертолёте в районе Кука, Сэм уехал на рыбалку… Я перезвонил Питу, одолжил его собак и ещё до полудня выехал в Ваймати Дистрикт. Собак было всего две – небольшой , юркий и злобный Дизель и здоровенный увалень Джерри . Этого было явно недостаточно для кабаньей охоты , где применяется самое малое по три специальные собаки . Я когда то рассказывал про это. Но, охота как говорится – пуще неволи.
Наша непригодная для подобного вида охот золотая лабрадорша Юта обиженно осталась дома.
Ехать было около 300 км, но под классическую музыку доехал без остановок и довольно быстро.
Регион Ваймати находится вниз от центра Южного острова, ближе к Данидину и южному побережью. 70 процентов покрыто горами и холмами елового леса с труднопроходимым бушем. Небольшие долинки с заболоченными низинами, множество ручейков с сочной зеленью по берегам – излюбленное место диких свиней. Сюда они спускаются с сопредельных холмов и тут проводят большую часть дня.
Кстати, небольшое историческое отступление – в 1773 году на Вест Косте (западное побережье) впервые с каравелл первых колонизаторов на берег были доставлены и отпущены на волю 2 пары свиней и кабанов, и две пары коз с козлами. Предусмотрительными ребята были англичане ! Вот с этого-то всё и началось…
А ещё лет 200 тому назад на территории Новой Зеландии водились только птицы да ещё большая ящерица – туатара, родственница и современница динозавров. До сих пор сохранились уникальные виды птиц , которые водятся только в Новой Зеландии ,охраняются законом и являются национальным достоянием страны. Это птица киви и горный попугай кеа. Все животные, а их в стране не так много, были завезены человеком за последние два столетия. Кроме овец , коров и лошадей , сейчас на островах обитают пять видов оленей , серны шемми , горные бараны таа , козы , дикие свиньи , кенгуру – воллоби , зайцы , кролики , поссумы . Наиболее яркие представители хищников это феррэт – животное очень похожее на куницу , и фелкон – новозеландский ястреб. Змей, пауков и другой ядовитой гадости в стране нет совсем. Кроме этого, в последнее время фермеры всё большее внимание уделяют разведению новых видов животных, в стране появились ламы, яки и страусы. Но, к большому сожалению, за те же последние 200 лет человечество навсегда потеряло гигантского страуса моа (который являлся очень лёгкой добычей для аборигенов) и громадных орлов, для которых моа тоже являлись основным источником пищи и которые быстро вымерли после того, как маори съели последних страусов.
Закрыв за собой калитку ограды территорий, и включив все 4 колеса, я поднялся как можно выше в горы, переехал пару мелких речушек, остановился на небольшой полянке и выпустил собак из багажника. Высотомер показывал 1250 м., сверху хорошо было видно сплошные верхушки сосен и эвкалиптов, разноцветные квадраты полей, голубые осколки озёр и сине – чёрный океан с белой полоской прибоя.
Территории принадлежали моему приятелю Филу. Сам он работал в строительной конторе и жил в Омару ( крупный город на побережье ) , а эти владения остались от родителей и были как бы для души. Мы не раз охотились с ним здесь на кабанов с его собаками, да и недавняя наша совместная охота вместе с Димкой была удачной. Я взял тогда свинью килограмм на 80, и сын подстраховывал меня с винтовкой.
Дизель и Джерри выскочили из багажника и принялись от нетерпения “танцевать ” вокруг меня, потом напились воды из ближайшей лужи и, вломившись в подлесок, пропали из виду. Я не торопясь сложил рюкзак, проверил еду, флягу, аптечку, мачете и всякие необходимые мелочи. Переобулся в тяжелые горные ботинки, пристегнул нож и вложил в рюкзачный чехол – половинку полностью заряженную “пуму” 44., надел кепку, закрыл машину … Впереди было много времени, и я, предвкушая целый охотничий день, собирался со вкусом и не спеша. 
Выпил чашечку крепкого кофе из термоса, свернул сигарету, накинул лямки рюкзака и потихонечку побрёл по старой и заросшей лесной дорожке, постепенно поднимаясь всё выше и выше. Минут через 10 собаки догнали меня, сделали круг и, убежав вперёд, скрылись за поворотом дороги.
Прошло несколько часов, но кроме ночных следов на грязи возле луж, которые были в изобилии на лесной дороге после недавних дождей, мы больше ничего не видели. Дизель и Джерри всё чаще и чаще возвращались ко мне с высунутыми языками и всё с меньшим желанием, подчиняясь командам, уходили на поиски в буш. Остановившись возле небольшого ручейка, я снял рюкзак, разделил на три части приготовленные бутерброды, налил себе очередную чашечку кофе и с наслаждением вытянул уставшие ноги. В один миг, проглотив свои порции и похлебав из ручейка, собаки оглянувшись на меня (может ещё что перепадёт?!), потрусили по дороге. Надвинув кепку на глаза, чтобы предзакатное солнце не било в лицо, я следил за ними и наслаждался тишиной и покоем. Вдруг , бежавший на полкорпуса впереди Дизель , коротко рявкнул , резко изменил направление , сиганул с дороги в кусты и покатился вниз по склону. Джерри незамедлительно последовал за ним. “Кролик” – лениво подумал я, вставая и одевая рюкзак. На ходу застегнул поясной ремень, подошел к месту схода с дороги собак и вдруг насторожившись, остановился. Слева направо через дорогу на влажной земле чётко отпечатались совсем свежие и очень приличные по величине свиные копыта. Усталость и лень сразу же пропали, я расстегнул чехол с кинжалом, вытер об штаны вдруг вспотевшую ладонь и прислушался…
Позволю себе ещё одно небольшое отступление от темы рассказа – охота на диких свиней и кабанов с ножом или копьём считается частью национальной культуры аборигенов Новой Зеландии (племён маори). Охота происходит в труднодоступных регионах всех трёх островов страны, в основном в предгорных и горных местах, покрытых большими густыми деревьями и сплошным ковром буша – практически непроходимого подлеска. На охоте обязательно используются специально обученные собаки, как правило, не менее трёх. В недалёком прошлом охотились в “пастушьими” собаками, сейчас же используют в основном смесь пита, стафа и бульдога. В обязанности собак входит – найти добычу, задержать (“поставить”) её на одном месте, лаем показать охотникам, где находится кабан, держать, не давая уйти до подхода охотника и отвлекая атаками, дать возможность нанести удар клинком (копьём). Охотятся не менее двух человек, крайне редко в одиночку. Добытое животное разделывается на месте, ничего из потрохов не берётся и не отдаётся собакам. После разделки у туши связываются попарно передние и задние ноги на манер рюкзака и так добыча доставляется до машины.
Сначала лая совсем не было слышно, лишь изредка снизу ветерок доносил отдельное звонкое гавканье Дизеля и глухой бас Джерри. Но по мере того, как я ориентируясь на голоса собак, спускался всё ниже и ниже, петляя и пробираясь среди колючего подлеска, голоса становились всё громче и злее и к ним добавился резкий визг свиньи. 
Значит, собаки остановили и прижали свинью и скорей всего, где то в болотине. Я представил, что там сейчас делается и как мог, старался поскорее придти к собакам не помощь. Ближе, всё ближе. Остановился, прислушался, псы были где-то совсем рядом. 
Уже хорошо слышно как трещит кустарник, хлюпает вода и, атакуя, заходятся на самых высоких нотах, собаки. Весь сконцентрированный на том, что бы не потерять направление и не получить колючкой “мата-гари” в глаз, я как то даже и не обратил внимание на то, что визг пропал…
Дальше события понеслись с такой скоростью, что сейчас всё вспомнить и реально описать нет никакой возможности. Память ухватила самое главное , не оставив времени ни на что второстепенное.
Внезапно совсем рядом раздалось тяжелое уханье, лай Дизеля вдруг разом оборвался и перешел в затихающий визг, а в басе Джерри появились панические нотки. Тут уж не до целости собственного лица! Крепко сжимаю пальцами рукоятку ножа, плечом вперёд пробиваю заросли, выскакиваю на заболоченное дно распадка и тут же погружаюсь почти по колено в жидкую грязь. Краем глаза успеваю заметить в нескольких метрах от себя, в луже чего-то красно – фиолетового, беспомощно распростёртое тело Дизеля. А впереди… Впереди примерно в полутора метрах от себя я обнаруживаю зад здоровенного и полностью озверевшего кабана – секача, который не видит меня, а с пеной на морде разбрызгивает грязь и короткими выпадами атакует полностью деморализованного и оставшегося в одиночестве Джерри. Пёс ещё огрызается, лает и переходит в контратаки, но пятится всё дальше и глубже и глубже увязает в жидкой и липкой грязи. У кабана одно ухо висит лохмотьями, кровь хлещет и смешивается с грязной водой, замечаю, что и у Джерри правая половина в крови и пёс здорово припадает на правую лапу. Увидев меня, он собирает все оставшиеся силы, делает судорожное движение, с чавканьем выскакивает из болота и, яростно оскалившись, бросается на кабана. Кабан подаётся немного назад , разворачивается и тут замечает меня. Я мгновенно выхожу из состояния ступора и, наверняка зная, что будет дальше, пытаюсь поскорее выбраться на более твёрдую почву. Кабан разворачивается полностью в мою сторону, громко ухает и устремляется в атаку. Оставлен в ножнах бесполезный нож, хватаюсь левой рукой за нижние ветки кустарника, подтягиваюсь и выскакиваю на твёрдый бугорок, пытаясь нащупать правой рукой за спиной ружьё. Успеваю заметить оскаленную морду в белой пене , желтоватые клыки , чёрный налитый ненавистью глаз . Успеваю заметить , как чёрно – рыжей молнией из последних сил метнулся Джерри и повис , сомкнув клыки, на и без того израненном кабаньем ухе. Кабан взвизгнул, мотнув головой, собака отлетела в сторону, но это изменило траекторию атаки и дало мне шанс. Тот самый – единственный . Кабан чуть-чуть задержался и промахнулся , я нет…
Успев таки выдернуть “пуму” из чехла, я с метрового расстояния, не целясь, стреляю по корпусу, дёргаю скобу, потом ещё и ещё раз. С чмокающим звуком тупоносые пули “44 рем.маг.” достигают цели. Кабан дёргается и как будто натыкается на прозрачную стену. Отпрыгиваю в сторону , ещё выстрел , ещё … Остановился я только тогда, когда металлически равнодушно звякнул боёк. Спиной упираюсь в крутой склон на другом краю болотины, дальше некуда! Пустое ружьё чуть дымилось в трясущихся руках, бешено колотилось сердце, пот заливал глаза…
Кабан лежал в полуметре от моих ног, вытянув рыло в мою сторону – из 10 пуль попали все. Медленно потухали глаза, жизнь покидала мощное тело. Смотреть на это было неинтересно и жутковато…
Где то именно в этом ущелье в прошлом году Фил потерял свою любимую собаку. Она нашла и поставила кабана, но справиться сама не смогла, и когда Фил подоспел, было, к сожалению уже поздно. Собака погибла, кабан ушел. Не этот ли кабан лежал сейчас у моих ног?!
Прихрамывая и поскуливая, обходя лежащего кабана, медленно подполз Джерри. Я быстро осмотрел собаку . Рана была неопасной и скользящей , содрана кожа и чуть задета мякоть. На собаке было больше кабаньей крови, чем своей собственной. Тут не страшно, терпимо. Скидываю рюкзак , бросаю ружьё , скорей к Дизелю !
Пес, распластавшись, лежит на мокрой траве на краю болотины. Здесь значительно хуже – распороты брюшные ткани, сильное кровотечение, видны рёбра и кольца фиолетовых кишок. Он даже не скулит, он просто молча смотрит на меня, и по рыжей морде вниз стекают слёзы.
Я в грязи, в крови, у меня дрожат руки, покалывает сердце, до машины несколько километров, на руках у меня две раненые собаки, мне хочется плакать, глядя на них! Теряюсь только на несколько секунд. Дальше всё пошло как бы само собой. Мозги ещё искали нужное и правильное решение, а руки уже делали то, что надо. Всё-таки опыт, как и талант, великое дело – его не растеряешь и не пропьёшь. Вытряхиваю всё из рюкзака , открываю аптечку , ломаю носик у одной из двух ампул , срываю зубами упаковку со шприца , я не знаю про дозы для собак , я вообще не знаю можно ли их колоть трамалом – мне сейчас не до этого . У меня нет другого выхода ! Откручиваю флягу со спиртом, делаю сам несколько приличных глотков, а остаток выливаю собаке на рану, одновременно втыкая иглу, уже не помню куда. Дизель дёргается и взвизгивает. У меня перехватывает дыхание. Вдыхаю поглубже. Так, хорошо, уже лучше, поехали дальше!
Рву по шву поларовую футболку , заталкиваю осторожно кишки внутрь, видимых повреждений вроде нет, осторожно обматываю футболкой вокруг всё тело собаки , стараясь , что бы разорванные места сошлись вместе. Футболка тут же промокает. Снимаю с себя куртку и обматываю ещё и ею, поверх пеленаю эластичным бинтом для коленей, который всегда есть с собой в рюкзаке. Оставляю все вещи и ружьё, засовываю в карман ключи от машины, со злостью швыряю в лужу бесполезный мобильник (здесь нет охвата сети), подхватываю на руки собаку. Всё, теперь только вперёд и вверх и как можно быстрее. Рассказывать долго, и как будто прошла целая вечность, а на самом деле на всё ушли какие-то считанные минуты. Скользят ноги, падаю на колени, встаю, ничего не вижу, только крепче прижимаю к себе пса, если вдруг упаду не ударить бы. … Вверх, только вверх!
Через какое-то время и я выбрался на дорогу. Мокрый, грязный, исцарапанный, весь в крови. Дизель пудовым кулём висел на руках с закрытыми глазами и чуть дышал. Живой. По дороге бегом, скорее к машине, ещё скорее! Когда же я бегал-то так в последний раз?! Надо Вова, надо!
Было начало девятого, когда я влетел во двор ветеринарной больницы Палмерстона, по указанному мне на ближайшей заправке, адресу. На скрип тормозов и на сигнал машины никто не вышел. Рабочий день давно закончился, все давно уже дома. Уходили последние драгоценные минуты . Что делать то ?! Что!? Я забарабанил в дверь кулаком и тут вдруг увидел маленькую табличку на двери, где было написано об оказании неотложной ветеринарной помощи 24 часа в сутки и номер телефона. Мой телефон остался в луже. Я привалился плечом к дверному косяку и заплакал.
И тут вдруг у меня за спиной раздалось: “- Хелло! Хау а ю?!”, мол – как ты?! Резко оборачиваюсь и вижу, как натягивая второй рукав белого халата, на меня через круглые очки прищурившись смотрит небольшой аккуратненький старичок с седой бородкой.
Оказалось, что домик и участок ветеринара находятся прямо на территории клиники, сзади от основного здания. Старичок ни о чём меня не спрашивал, пока я вытаскивал Дизеля из машины и загонял туда обратно желавшего помочь, но только мешающего Джерри, он успел перезвонить по нескольким телефонам, открыл дверь, включил свет и начал мыть руки. Потом он показал мне, куда надо положить собаку. Быстро разрезал мой “бандаж” , осмотрел пса , ещё раз внимательно посмотрел на меня и сообщил , что в течение нескольких часов я ему не понадоблюсь , что мне категорически необходимо выпить и что ближайший паб находится в 100 метрах за углом. Уже выезжая со двора, я еле-еле разминулся с белой “Тойотой”, которая с синей мигалкой на крыше стремительно сворачивала во двор.
Дальше было неинтересно, долго, трудно и нудно. Я вернулся к месту охоты, как можно дальше проехал на машине по дорожке, надел налобный фонарь, долго спускался вниз в распадок и в полной темноте искал место схватки. Насилу нашел, собрал все свои вещи, запихал их в рюкзак, оглянулся с сожалением на поверженного (чуть было не написал “врага”) кабана, представил себе, что было бы, если бы я не захватил с собой ружьё, Джерри не отвлёк бы внимание, и кабан бы не промахнулся. Меня передёрнуло и опять стали дрожать руки. В кабане на первый взгляд было около 180 кг весу. Мысли о том, что бы его отсюда вытащить не возникло вообще. Фляга была пуста, в голове было звонко и, потихонечку подсвечивая себе фонариком, я покарабкался наверх.
Как правило, пабы и бары у нас работают до последнего клиента, поэтому, когда я около половины первого ночи открыл дверь, там было ещё довольно людно. Стараясь не привлекать к себе внимания, потихонечку проследовал к стойке, собираясь воспользоваться советом старичка – ветеринара, а потом уже ехать в клинику и узнавать результаты. Надо было набраться немного смелости, что бы быть готовым к самому печальному результату. Попросив на четыре пальца джина без тоника в один стакан, я явно заработал себе очки молчаливым одобрением здоровенного пузатого бармена, больше похожего на мясника (хотя в тот момент на мясника больше всех был похож я сам). Он даже подмигнул мне, быстро окинув взглядом мой “наряд”. И тут вдруг я понял, что шум разговоров за моей спиной стих. Бармен тоже посмотрел куда-то мимо меня за мою спину. ” – Ну что ещё в программе на СЕГОДНЯ?! ” – успел подумать я, медленно разворачиваясь. 
В прокуренном полумраке зала все молчали и смотрели на меня, а за ближайшей ко мне стойкой сидел, смотрел и внимательно щурился маленький аккуратненький старичок в круглых очках и с бородкой. Я от неожиданности кивнул и открыл было рот, собираясь спросить…
“- Он спит”, – спокойно сказал старичок и отхлебнул из большой литровой кружки. Я кивнул ещё раз, в глазах вдруг защипало, и я махнул одним глотком полстакана неразведенного джина. Грубые серьёзные мужики, работяги-фермеры, скупые на похвалы и острые на слово – все встали и разом захлопали в ладоши…
Вот так закончилось моё воскресенье и моя охота. Только в понедельник ближе к вечеру я попал домой, проспав последние полночи в машине во дворе клиники и мужественно отклонив искреннее предложение симпатичной медсестрички постелить мне на свободном диване у неё дома. За кабаном больше не ездил, да это и понятно. Охотники наверняка знают почему.
Хотел, правда, хоть клыки вырезать, но потом почему-то передумал…
Дизелю наложили на брюхо 28 швов. Пёс находится в клинике под постоянным контролем и Профессор обещает, что всё будет нормально. Час назад звонил – “собака спит, состояние стабильное”. 
Джерри справляется своими силами и лёжа у себя во дворе, зализывает раны. При виде меня он привстаёт, радостно гавкает и размахивает хвостом как флагом. Только что я отнёс ему здоровенную мозговую косточку и он полностью счастлив.
Я дома и тоже почти в порядке, сижу за компьютером и пью пиво. Думаю, что на охоту мне теперь захочется не скоро, хотя как знать …
Как знать …

Владимир Фомин, Крайстчерч

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *